Оригинал в данный момент не доступен. Это резервная копия поисковой машины "Bard.ru"

Есть хорошие люди на свете

Андрей Анпилов
Рецензия на книгу М.Кочеткова "Два алкоголика на даче"

Смакуя жизнь, как сахарную вишню,
Счастливый оттого, что безработный,
Сижу и сочиняю эти вирши,
Хихикая над каждою находкой...

В этом четверостишии Михаил Кочетков правдиво изобразил трудовые будни поэта, нелегкое свое ремесло. Н-да... Миша...

К 1983 году, когда мы познакомились, Миша был уже совершенно сложившимся бардом. Теперь я могу прилюдно признаться, что смотрел тогда на него, двадцатидвухлетнего, как на чудо. Сегодня, через столько лет, уже видно, что "Кочетков" стал явлением не только для меня, для нашего круга, но и для всех. Вообще – всех. Его песни, стихи, само существование в культуре заново связывают очень важные узелки, соединяющие население – в народ. Эти песни близки всем, или почти всем – интеллигенции и демосу, старым и новым русским, начальникам и подчиненным и т. д.

Попробуем распутать клубок, объяснить феномен.
Вспомним, какие вещи впервые зазвучали в 1983–84 годах. "Сон", "Осень", "Жидик", "Ария попугая", "Романс самоубийцы"... Сплошь безнадега и антисоветчина по содержанию:

И безработные матросы
Садятся вкруг стола на койках –
Носы покрылись купоросом
Не в дальних плаваньях – в попойках...

Но чувствуете, как смешно, как "аппетитно" рисуется образ? Или:

Шипит на крышах дождь, как будто
Картошка на дешевом сале...

И так всегда у Кочеткова: смысловой ряд — отчаянный, пасмурный, выразительные средства — праздничны, "вкусны", переполнены избыточной творческой силой и жизнелюбием. В этом — специфический кочетковский артистизм. Чем дальше разведены в его песнях эти разнозаряженные полюса, тем выше напряжение художественного поля, тем ярче просверкивает искра в сердце слушателя. Это — и талант, и личностный масштаб. Песни Михаила — горячи, потому что велико сопротивление материала, потому что они утверждают да вопреки неотвратимому, данному нам уделу. Для того,

Чтобы в уши мне неприглушенный –
Полный звук летел,
Чтоб дышать вовсю вольной вольностью...

Поэтический взгляд Михаила Кочеткова – неправдоподобно снисходителен. Вероятно, нет такой слабости, которую поэт не оправдал бы в своих персонажах, не изобразил бы в смешном и по-своему привлекательном виде. Он, как добрый Веничка, — все может простить, если захочет понять. (Или наоборот, я не помню.)

А у него душа-вонючка,
Что ей до нежности елейной?
Она дотянет до получки,
А там – согреется портвейном...

Причем из ряда неудачливых сограждан лирические герой себя не выделяет:

Два алкоголика на даче
Сидели третюю неделю
И, не закусывая, пили,
О судьбах Родины судача.
Один из них – покорный ваш...

Снижая пафос ("конечно, он герой, страдающий от ран. Ему прописаны буфет и ресторан..."), одухотворяя обиход ("и холодильник, грузный как Безухов, ворчит расстроенным желудком..."), травестируя классику и классиков ("Нет, весь я не умру. Я весь могу уехать...", "уже спешит очкарик Чехов..."), подтрунивая над собой ("в халате с бабского плеча..."), словом — всеми средствами поэт отвоевывает у хаоса — человеческое, отогревает пространство жизни, пригодное для обитания. Любимая метафора этого пространства — дружеское застолье:

Заходите — здесь ждут вас всегда!
Здесь нежданных гостей не бывает...

Да уж зайдем, мимо не проскочим... Хотя... застолье-то того-с... потустороннее...

...И, убиваясь по Отчизне,
В забытом доме у реки
Они сидят как дураки
Вот так всю жизнь... И после жизни...

Есть в поэзии, в песнях Кочеткова драгоценное качество, которое можно назвать драматургичностью. Мы всегда различим ее в прозе Искандера, в песнях Галича и Кима, в стихах Самойлова. Жизнь хороша не философским выводом, а процессом, фактурой, человеческим многоголосьем. Именно драматургичность дает стихотворению интонационный простор, будоражит его, преображает литературный текст в нарядное представление, в вечный праздник – веселый или грустный, неважно...

Старомодная, угловатая –
Челка рыжая набекрень...
Да откуда ж ты, конопатая?
Из каких таких деревень?..

.........................................

И хозяин украдкой в прихожей,
Отыскав старый папин кафтан,
Вытрет слезы и тихо положит
Папе доллар в дырявый карман...

Видимо, этот артистический избыток и сподвиг впоследствии Михаила к прямому контакту с миллионной телеаудиторией.

Но если уж говорить об артистизме, то без упоминания об одном уникальном свойстве Михаила Кочеткова — не обойтись. Свойство это почти необъяснимое, тем более на бумаге, но без него все остальное теряет эмоциональный градус.

Я имею в виду — гипнотическое обаяние, могучую положительную ауру. Ведь за что, в сущности, зритель полюбил "Гнездо глухаря", утреннюю передачу на пятом канале? А за то самое, за нечто, волшебно складывающееся из застенчивой мальчишеской улыбки и злодейских драгунских усов, из лирического мерцания в очах и хриплого иронического баритона. Это "нечто" и заставляет нас умиленно улыбаться, восторженно ахать и благодарно грустить...
 
 

Бог знает от чего грустить?.. От чувства ли родства?.. От того ли, что жизнь проходит?.. Не все ли равно...
 
 

www.bards.ru

Бард Топ TopList

Реклама: [an error occurred while processing this directive] [an error occurred while processing this directive]